Внутренний голос в Санкт-Петербурге

В конце XVIII — начале XIX века Европа переживала большие потрясения — за политическими переворотами последовали социальные, философские и художественные революции. В поле зрения искусства, в том числе музыки, вошла личность — не публичная персона, а внутренний человек с его метаниями, сомнениями, эмоциональными взлётами и падениями, с его одиночеством, надеждами и верой.

В программе «Внутренний голос» скрипачка musicAeterna Ольга Артюгина и клавиристка Алла Белова раскрывают разные грани музыкального перехода от общего к частному, от кодифицированных аффектов к индивидуальной экспрессии. Концерт построен как встреча венских классиков и их полузабытых друзей и учеников, а также как диалог скрипки и хаммерклавира. Именно для этого инструмента — предшественника современного фортепиано, обладающего прозрачным тембром и особой гибкостью, — писали Моцарт, Бетховен и их младшие современники Эберль и Гуммель.

Откроет программу Карл Филипп Эмануэль Бах — «отец» музыкального сентиментализма, мастер гротеска и нервной экспрессии, внимательный к языку чувств. Его стилистические открытия унаследовали композиторы мангеймской школы, а вслед за ними Моцарт, их духовный ученик.

В первом отделении также прозвучат скрипичные сонаты Антона Эберля и Иоганна Непомука Гуммеля — композиторов и клавиристов, которые в своё время пользовались большой известностью. Оба учились у Моцарта и Сальери. Эберль стал другом семьи Моцарта после его кончины, а однажды опубликовал в газетах объявление с просьбой к издателям не приписывать Моцарту его собственные сочинения — так велико было языковое сходство. Клавирист‑вундеркинд Гуммель в детстве два года бесплатно жил и учился у Моцарта, выступая вместе с ним на публике, в юности подружился с Бетховеном, а затем — с Гёте и Шубертом. Гуммель не написал ни одной симфонии, в отличие от Эберля, чья ми‑бемоль мажорная симфония впервые исполнялась одновременно с бетховенской Третьей и, по отзывам критиков, затмила её. Между тем камерная музыка Гуммеля была очень популярна и оказала большое влияние на романтиков — Шумана, Шопена, Мендельсона.

Второе отделение станет своего рода камертоном для первого. В скрипичных сонатах Бетховена и Моцарта внутренний голос звучит в широчайшем эмоциональном диапазоне. Центром притяжения всей программы послужит знаменитое «Лунное» Adagio sostenuto из Четырнадцатой фортепианной сонаты Бетховена с его романтической звукописью и неизбывной печалью.

Концертную программу предварит встреча с музыкантами. Artist talk начнётся за час до концерта и продлится около получаса. Ольга Артюгина и Алла Белова ответят на вопросы слушателей, расскажут об удивительной эпохе, когда в недрах классицизма рождался романтизм с его вниманием к «внутреннему голосу» человека, а также о жизни и музыке двух малоизвестных широкой публике современников Моцарта и Бетховена — Антона Эберля и Иоганна Непомука Гуммеля. Особое внимание публики они обратят на хаммерклавир и продемонстрируют уникальные технические и исполнительские особенности этого инструмента. В концерте будет использована копия раннего фортепиано (хаммерклавира) Антона Вальтера конца XVIII века, построенная в мастерской Пола МакНалти.