Шуман. Оратория «Рай и пери» в Санкт-Петербурге

Исполняется на немецком языке (сопровождается синхронными титрами на русском языке).

Роберт Шуман вошёл в историю музыки прежде всего как мастер вокальной и фортепианной миниатюры. Однако первый крупный международный успех великого немецкого романтика связан не с его песнями и пьесами, а с ораторией «Рай и пери». Написанное между февралем и июнем 1843 года, это произведение когда-то уступало в популярности разве что Весенней симфонии. Уже через неделю после триумфальной премьеры в декабре 1843 года в лейпцигском Гевандхаузе, Шуман дирижировал ею на бис. Ораторию любили и исполняли по всей Европе.

Литературной основой оратории послужил фрагмент из «восточной повести» ирландского поэта Томаса Мура «Лалла Рук» (1817). Ещё в 1822 году книжное издательство, принадлежавшее семье Шуманов, выпустило его немецкий перевод. Вполне вероятно, что Роберт Шуман уже подростком прочёл историю искупления прекрасной персидской феи — пери, которая приносит к вратам рая один за другим три дара: каплю крови, пролитую за свободу; последний вздох жертвенной любви; слезу раскаяния. Однако в качестве либретто Шуман взял новый перевод, выполненный другом композитора Эмилем Флехсигом.

В оратории двадцать шесть номеров, сгруппированных в три части. Номера плавно перетекают друг в друга, так что каждый из эпизодов истории превращается в подобие сквозной оперно-ораториальной сцены. Бесплотная пери, дочь падшего ангела и земной женщины, оказывается сначала в Индии (первая часть), потом в Египте (вторая часть) и, наконец, в Сирии (третья часть); её путешествия по экзотическим странам чередуются со сценами на пороге небесных обителей. Для своего времени подобное решение было новшеством, ведь до вагнеровского «Лоэнгрина» с его «бесшовной» музыкальной драматургией оставалось еще целых семь лет. В первом издании партитура «Рая и пери» даже не называлась ораторией, Шуман подписал ее словом Dichtung — «поэма». В этой поэме прямая речь — от лица героев и народов — сочетается с репликами рассказчиков.

В традиционной духовной оратории — Баха, Генделя — партию рассказчика (testo) пел тенор; здесь же рассказ передаётся «из уст в уста». Треть номеров оратории — хоры, в том числе множество «ролевых»: хоры индийцев, завоевателей, ангелов, гениев Нила, гурий.

В зависимости от ситуации Шуман использует и разное количество хоровых партий (от трёх до шести), и разные комбинации голосов. Среди солистов на переднем плане, конечно, титульная героиня (сопрано); напевная ностальгическая мелодия, открывающая полуторачасовое сочинение, и есть её музыкальный портрет. Классический симфонический оркестр расширен арфой, большим барабаном и треугольником. В «школьной» литературе о Шумане его инструментовка нередко получает не самые высокие, хотя и уважительные оценки. Великолепная партитура «Рая и пери» полностью опровергает этот стереотип.

Работая над «Раем и пери», Шуман писал, что намерен сотворить «новый жанр, ораторию, но не для молельни, а для светлых людей». «Светлыми людьми» он называл тех, кто обладает тягой к искусству. Однако гениальная шумановская музыка не только собирает светлых людей, она сама делает их таковыми.