Пигмалион в Москве

В романе, как называл свою пьесу Шоу, профессор Хиггинс является специалистом в области звуков, он изучает речь: произношение, интонирование, манеры. Автор также упоминает фонограф как инструмент, с которым работает главный герой. Именно фонограф Виктор Крамер и взял за основу сценографии, превратив пространство сцены в футуристическую лабораторию, где Хиггинс собирает коллекцию сложных приборов и механизмов, картотеки звуков и голосов. По сути — создает коллекцию человеческих душ. Здесь, подобно Пигмалиону, Хиггинс творит свою Галатею: он сканирует и диагностирует Элизу Дулиттл, чтобы на основе собранного материала создать совершенно нового человека, новую Еву. Только Элиза так и не стала экспонатом инфернальной коллекции.

Это спектакль о любви с открытыми финалом — о любви, которая никогда не превратится во что- то большее, но которая по накалу эмоций намного сильнее той, что заканчивается браком. Герои-антагонисты любят друг друга и ненавидят друг друга, с каждым днем все больше погружаясь в противоречивое и всепоглощающее чувство. Чем больше профессор оттачивает свое творение, Элизу, тем больше становится ее рабом: под маской циничного ученого, привыкшего скрывать свои эмоции и мысли, обнаруживается влюбленный и страдающий от любви мужчина. Подобные чувства испытывает к своему учителю и свободолюбивая Элиза. Трагизм истории в том, что главная героиня, оторвавшись от корней, не понимает, как ей жить дальше: она изменилась не только внешне — Хиггинс в первую очередь изменил ее изнутри.

В составе исполнителей возможны изменения.